После Brexit-а кивать в их сторону — уже не фэр-Мухит-Ардагер Сыдыкназаров

После Brexit-а кивать в их сторону — уже не фэр-Мухит-Ардагер Сыдыкназаров

ПОДЕЛИТЬСЯ

Проблема Brexit-а не в том, что британцы обманули надежды не столько старой европейской группы стран-основателей ЕС-15, а в том, что рушатся искренние чаяния и надежды присоединившихся с 1 мая 2004 года ЕС-28 по 2011 год новых государств. Это страны бывшего социалистического блока (кроме Кипра и Мальты): Венгрия, Латвия, Кипр, Литва, Мальта, Польша, Словакия, Словения, Чехия, Эстония, Болгария, Румыния, Хорватия. Они входили с надеждами на подлинно демократические, европейские ценности. Мне жаль и несколько печально также и потому, что для меня и моих 3 коллег — авторов единственного пока на всем постсоветском пространстве семиязычного «Глоссария Европейского Союза», а также других моих книг о ЕС, важным мотивом было именно заинтересованность и уважение к панъевропейскому проекту, коим является успешный до 26 июня 2016 года Европейский Союз. Хотя, Великобритания сама решает, что в ее интересах. В конце концов у любой страны не бывает вечных друзей, есть лишь вечные национальные интересы.

Если вспомним, то наибольшие опасения по исходу Брексита высказывали прежде всего финансисты с Сити, обеспокоенные влиянием последствий выхода Соединенного Королевства из состава Европейского Союза. Кстати, это касается и Казахстана. Как известно, в Астане на базе комплекса ЭКСПО, после его проведения в 2017 году планировалось открытие международного финансового центра по дубайскому образцу с английским коммерческим правом. Есть что проанализировать и просчитать после Брексита.

Развитие Лондона как крупнейшего международного финансового центра во многом зависело и будет зависеть в от конкурентоспособности предлагаемых оферт для развивающихся рынков, экономической ситуации в самой Великобритании. Доля на мировом рынке торговли, ценных бумаг, инвестирования и др. финансового сектора лондонского Сити составляет более 20%. Это большие цифры не только в европейском, но и в глобальном масштабе. Более того, налоги Сити составляют важную часть в пополнении бюджета Соединенного Королевства.

Интересно, что руководители компаний, входящих в авторитетный индекс FTSE 100 (100 крупнейших компаний на Лондонской фондовой бирже) были проевропейскими в большинстве своем, и написали письмо, призывающее граждан поддержать дальнейшее пребывания в составе Евросоюза, попутно выделив значительные средства на проевропейскую кампанию, символом которого выступал теперь уже экс-премьер-министр Дэвид Кэмерон (GoldmanSachs и JPMorgan — 500 тыс. фунтов стерлингов, MorganStanley и Citigroup — 250 тыс. фунтов и так далее).

С другой стороны, апологеты Brexit — Майкл Джохаген (MichaelGeoghegan), бывший руководитель HSBC, и Джон Маултон (JonMoulton), один из влиятельных финансистов в области венчурного инвестирования, также в лучших традициях советской интеллигенции, написали открытое письмо в поддержку Brexit. Финансисты апеллировали к сохранению и дальнейшему наращиванию доминирования Лондонского Сити в глобальном финансовом мире. Сторонники Bremain вполне обоснованно полагали, что выход из состава ЕС ограничит доступ к внутреннему рынку ЕС, капиталам государств-членов ЕС, потеря влияния на финансовые процессы в Брюсселе. Сторонники Brexit же аргументировали свою позицию необходимостью к британской традиции подлинно свободного рынка, ухода от избыточно жесткого, в особенности после греческого дефолта, финансового регулирования, которого придерживается официальный Брюссель.

Первое — после Брексита труднее будет осуществляться финансовые операции в единой валюте ЕС — евро. В особенности компаний, специализирующихся на финансовых операциях в иностранной валюте. Лондону, особенно после слияния лондонской и немецкой фондовой биржи будет все труднее конкурировать с растущей силой новых финансовых центров, в особенности в Азии, например тем же Шанхаем. Это особенно очевидно, если юань включат в корзину валют МВФ. Зато второе дыхание получают исламский банкинг и исламское финансирование, где Лондон традиционно силен, и бюрократия Брюсселя скорее мешала, чем способствовала развитию сектора исламских финансов. А если учитывать феномен «Лондостана» (условное политическое понятие), то есть города, где проживает наиболее крупное за пределами географического исламского растущее число богатейших мусульман мира и исламская умма, то спрос на финансовые услуги в соответствии с законом шариата будет расцветать на фоне отхода Лондона от жестких европейских директив. Если же проводить аналогии с ЕАЭС (или ЕВРАЗЭС, как вроде правильно теперь называется это объединение), то «воинствующим» евразооптимистам теперь сложно будет. На разваливающийся Европейский Союз уже элегантно не сошлёшься. После Brexit-а кивать в их сторону — уже не фэр.

Мухит-Ардагер Сыдыкназаров — доктор политических наук, директор Института современных исследований ЕНУ им.Л.Гумилева, Астана, Казахстан.

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ