ИСЛАМСКИЙ МИР: ТЕНДЕНЦИИ И ПРОГНОЗ НА 2016 Г.

ИСЛАМСКИЙ МИР: ТЕНДЕНЦИИ И ПРОГНОЗ НА 2016 Г.

ПОДЕЛИТЬСЯ

Исламский мир в 2015 году был в центре внимания всей планеты.  Это наиболее нестабильный макрорегион, большую часть которого охватило пламя непрекращающейся гражданской войны. В 2016 году стоит ожидать распространения конфликтов на пока еще относительно стабильные части исламского мира. Противостояние между суннитами и шиитами усилится.

Особое значение имеет феномен Исламского государства, из небольшой сектантской группировки  в Сирии и Ираке, превратившегося в угрозу мирового масштаба. Усилившаяся конкуренция со стороны ИГИЛ заставила другие джихадистские формирования интенсифицировать свою деятельность.

Тренды 2015 года
Гражданская война в Сирии

Гражданская война в Сирии была центре мировой политики в 2015-м. Внутренний конфликт в этой ближневосточной стране стал полем столкновения амбиций глобальных держав и местом, где решается судьба американской гегемонии. Россия и Иран приложили максимум дипломатических и военных усилий для того, чтобы не допустить победы оппозиционных сил, и нанести существенное поражение США, продемонстрировав, что Соединенные Штаты и их союзники больше не могут диктовать свою волю в других регионах мира. Первая задача была решена, достижение второй откладывается на неопределенную перспективу.

Официальному Дамаску удалось избежать поражения в этом году. Военное вмешательство России и поддержка Ирана помогли отвоевать часть территорий у оппозиционных формирований.  Главным военным успехом года стало взятие Хомса правительственными войсками. В ноябре 2015 года войска Сирии взяли под свой контроль город Эль-Хадер, который являлся главным оплотом террористов «Джебхат ан-Нусры».

Тем не менее, территория страны остается разделенной. Правительство Башара Асада контролирует большую часть приморского Востока, ИГИЛ – Запад с долинами Тигра и Евфрата и район Пальмиры. Оставшиеся территории поделены между многочисленными исламистскими группировками, ориентирующимися на страны Персидского Залива, Турцию и США.

Невозможность в обозримой перспективе существенно изменить расклад сил во внутрисирийском противостоянии заставила внешних игроков искать пути дипломатического урегулирования конфликта. Российское военное вмешательство сделало лидеров стран Запада более сговорчивыми. Опасаясь развития успеха, Запад решил переиграть Россию на дипломатическом поле. В ноябре 2015 года в Вене стартовала очередная серия переговоров по Сирии. В переговорный процесс впервые включили не только Россию и страны Запада, но и Иран, Саудовскую Аравию и страны Персидского Залива.

Несмотря на достижение ряда договоренностей в ходе переговорного процесса , главным результатом которого стало решение о проведении всеобщих выборов в течение ближайших 18 месяцев, между важнейшими геополитическим акторами, интересы которых столкнулись в Сирии остаются серьезные разногласия по поводу будущего политического урегулирования в стране:
1. Главной проблемой является вопрос ухода действующего президента Башара Асада. На этом настаивают США, страны ЕС, Турция, Катар и Саудовская Аравия, подконтрольная им сирийская оппозиция. Против  — Россия и Иран, Хезболла,  сам официальный Дамаск, союзная Башару Асаду сирийская оппозиция.
2. Еще один не решенный вопрос: составление единого списка террористических организаций. Эта задача поручена Иордании. Иордания в нынешнем конфликте участвует на стороне стран Запада и поддерживает сирийскую оппозицию. Тем не менее, хашимитское королевство стремится и к дружественным отношениям с Россией, потому балансирует между двумя центрами силы.  В этом вопросе сталкиваются три позиции
Позиция России и Ирана: Террористическим организациями признаются не только ИГИЛ и  «Ан-Нусра», но и «Джаиш аль-Ислами», «Ахрар аш-Шам» и другие джихадисты, финансируемые Турцией, Катаром и Саудовской Аравией. Позиция Турции, Катара и Саудовской Аравии: Террористическим организациями необходимо признать ИГИЛ, Ан-Нусру, шиитские отряды самообороны и Хезболлу. Позиция США и Европы: не включать в список террористов «Джаиш аль-Ислами», «Ахрар аш-Шам» и других джихадистов, финансируемые Турцией, Катаром и Саудовской Аравией.
3. Остаются и разногласия по поводу того, кто может принимать участие в переговорном процессе. Все стороны настаивают на исключении из него тех, кого они считают террористами. Кроме того, Саудовская Аравия, которая попыталась в декабре провести объединительный съезд сирийской оппозиции, вместе с Турцией настаивает на исключении из него сирийских курдов. Соединенные Штаты выступают за включение в политический процесс всех, кто противостоит Асаду, кроме Ан-Нусры и ИГИЛ.

Гражданская война в Ираке

В 2015 году анти-игиловским силам не удалось добиться победы над Исламским государством. Наиболее боеспособными структурами, противостоящими ИГИЛ, стали отряды курдской самообороны и добровольческие формирования иракских шиитов. В подготовку первых активно вложились Турция, Израиль и США, вторых – Иран. Вооруженные силы Ирака в большинстве случаев терпели поражение от ИГИЛ, оставляя тем технику и оружие. Главным успехом года для анти-игиловских сил стало освобождение от ИГИЛ в марте 2015 г. города Тиктрит на севере страны. Главной неудачей – захват ИГИЛ города Рамади, центра провинции Анбар в 90 километрах от столицы страны Багдада.

В ноябре 2015 года ополчение иракских курдов перерезало шоссе между Раккой (Сирия, штаб квартира ИГИЛ) и Мосулом (Ирак, главный оплот ИГИЛ в Ираке). Таким образом, ИГИЛ фактически оказалась разделена на две части. Были перекрыты поставки оружия и нефти между боевиками ИГИЛ в Сирии и Ираке.

В декабре армия Ирака при поддержке американской авиации с воздуха и шиитских добровольцев с земли развернула операцию по освобождению Рамади. Несмотря на заявления официального Багдада, значительная часть города остается в руках ИГИЛ.

Ирак продолжает оставаться страной раздробленной по религиозному и политическому признакам.  Южная часть страны находится под контролем шиитского правительства ориентирующегося на Иран, но зависимого также от США. Северо-западные области, населенные суннитами контролируются ИГИЛ. Северо-западные территории находятся под контролем курдских формирований.

Сложная остановка сохраняется в Иракском Курдистане. Официальная власть находится в руках клана Барзани, ориентирующегося на Турцию. В то же время в регионе действуют силы РПК, сирийских курдов и йезидские ополченцы, которые не подчиняются Барзани и негативно относятся к его стратегии превращения Курдистана в зависимую от Турции территорию.

Феномен ИГИЛ

За прошедший год Исламское государство продемонстрировало способность эффективно оборонять свои территории и захватывать новые в Сирии и Ираке, распространять свое влияние на другие части света.  Феномен ИГИЛ включает в себя премодернистские, модернисткие и постмодернистские элементы, и развертывается в  региональном и глобальном измерениях.

В региональной перспективе ИГИЛ опирается на поддержку значительной части сирийских и особенно иракских суннитов, в государствах, где власть находилась или попала в руки других религиозных групп. Используются организационные навыки бывших структур националистического режима Саддама Хусейна в Ираке.

В других частях исламского мира ИГИЛ, используя противоречия и противостояние внутри существующих террористических групп, позволяет использовать свой бренд различным экстремистским структурам. Такая тактика террористического франчайзинга привела появлению ячеек ИГИЛ в Афганистане, Ливии, Йемене, на Филиппинах, в Бангладеш, Египте и присоединении к ИГИЛ группировки «Боко Харам» в Нигерии.

Теракты в Париже 13 ноября 2015 года, а также теракты в странах Ближнего Востока и Африки, ответственность за которые взяли террористы ИГИЛ, показали, что группировка успешно приобретает глобальное измерение.
Значительная часть пропаганды ИГИЛ направлена на страны Запада.  Эксплуатируются медиа образы и клише, свойственные западной массовой культуре, ставка делается на пропаганду насилия и продвижение образа успешных маскулинных завоевателей. В 2015 году Исламское государство добилось внушительной победы в медийном пространстве, став самым обсуждаемым в медиа феноменом исламской цивилизации в мире.
Существование ИГИЛ стало оправданием для вмешательства в конфликт в Сирии США и России. Созданные ими анти-игиловские коалиции, в основном борются за разрешение сирийского конфликта в свою пользу. В первую очередь это касается США, территория которых находится далеко от основных баз ИГИЛ, а доля мусульманского населения – 1% (в  России – 10%).

США и их союзники продемонстрировали нежелание начать борьбу с финансированием ИГИЛ. Возможные меры: уничтожение нефтяных караванов исламистов, санкции в отношении физических и юридических лиц, а также государств, участвующих в торговле нефтью ИГИЛ, предприняты не были.

Иран

Главным событием минувшего года для Ирана стало достижения соглашения по иранской ядерной программе с «шестеркой» международных наблюдателей (постоянные члены Совета безопасности ООН и Европейский Союз).

Иран согласился избавиться от 98% имеющегося ядерного топлива и сократить две трети центрифуг. Исламская Республика обязалась «ни при каких условиях не стремиться к обладанию, разрабатывать или получать доступ к любому виду ядерного оружия». В ответ Евросоюз и ООН обязались снять санкции против Ирана. США планирует отменить только санкции связанные с ядерной программой Ирана, но оставят в силе санкции, которые принимались по другим поводам. Потепление отношений с США оказалось лишь частичным. Иран упрочил отношения с Россией на фоне совместных действий обеих стран в Сирии. Военная интервенция Саудовской Аравии в Йемен еще более осложнила отношения между государствами. Фактически в Йемене Иран ведет прокси-войну против саудитов и их союзников.

Турция

Конфликт с Россией стал главным событием 2015 года для Турции. По нашей информации операция по уничтожению российского самолета турецкими ВВС координировалась американцами, которые преследовали цель стравить двух мощных региональных игроков. До этого, несмотря на расхождение позиций в Сирии, обе страны выстраивали взаимовыгодное сотрудничество в экономике, особенно в энергетической отрасли. Россия была готова согласиться на установление турецкой зоны контроля в северной Сирии. Конфликт с Россией срывает планы по мирной реализации этого сценария.

Невыгодный ни Турции, ни России конфликт, заставил турецкое руководство искать помощи на Западе и начать процесс восстановления дипломатических отношений с Израилем. Они были заморожены в 2010 году после инцидента с турецким судном «Мармара», пытавшимся деблокировать Сектор Газа. Теперь Израиль, как и Иракский Курдистан, могут стать поставщиками газа для Турции, так как поставки российского газа могут быть блокированы.

Турция стремится сохранить лицо, заявляя устами своих официальных представителей, что полная нормализация отношений возможна только после отказа Израиля от блокады Газы, но тот, и не намерен менять свою политику в отношении палестинцев.

Потеряв Россию, Турция постаралась заручиться поддержкой Саудовской Аравии  для совместного отстаивания своих интересов в Сирии и Северном Ираке. В последнем, ввод турецких войск в Иракский Курдистан в декабре  2015 вызвал охлаждение отношений с Ираном и Ираком.

Серьезным фактором, дестабилизирующим внутреннюю обстановку в Турции является курдский вопрос. В течение всего 2015 года в турецком Курдистане шла де-факто гражданская война малой интенсивности. Действия курдских сепаратистов подпитывались  со стороны сирийских курдов Роджавы и территорий сирийского Курдистана, которые находятся под контролем Рабочей Партии Курдистана.  В результате Турция развернула антикурдскую кампанию в самом Ираке. Кроме ударов по позициям РПК с воздуха, турки решили опереться на лояльный им клан Масуда Барзани, контролирующий большинство официальных позиций в иракском Курдистане.  Для помощи Барзани в борьбе с нелояльными формированиями курдов и были переброшены в северный Ирак турецкие войска. Предлогом как всегда послужила борьба с ИГИЛ.

В свою очередь, США не поддерживает антикурдские действия турков, пытаясь превратить формирующийся Курдистан в оплот своего могущества в регионе. Это вызывает дополнительное напряжение в отношениях между Турцией и США, однако теперь у Турции почти нет пространства для маневра. Она вынуждена следовать в стратегическом фарватере американской политики.

Саудовская Аравия

Состояние дел Саудовской Аравии тяжело как никогда. Страна увязла в бесперспективной войне в Йемене. Военное поражение там открывает дорогу росту внутреннему сепаратизму в регионах, населенных в основном шиитами.

Падение цен на нефть негативно сказывается на экономике Саудовской Аравии и реализации тех геополитических задач, которые перед собой ставит королевство.  Среди них победа в уже упомянутой Йеменской кампании, расширение сферы саудовского влияния на зону Индийского океана (Мальдивские острова), поддержка и легитимизация исламистских прокси в Сирии, поддержка радикального ислама в Афганистане.

В центре особого внимания саудитов Сирия, здесь королевство является одним из наиболее яростных противников Башара Асада. Неоднократно саудовские частные фонды обвинялись в поддержке не только радикалов из «Ахрар аш Шама» или «Джаиш аль-Ислами», что в принципе не скрывается, но и в финансировании террористов ИГИЛ и боевиков Ан-Нусры. Косвенным доказательном может служить тот факт, что хотя Саудовская Аравия на словах осуждает ИГИЛ, а ИГИЛ провозгласил королевство своим врагом, саудовское государство не предприняло в 2015 году никаких реальных шагов направленных на военное или экономическое противодействие ИГИЛ.

В 2015 году Эр-Рияд предпринял несколько попыток договориться с Москвой по целому комплексу  ключевых вопросов, прежде всего по Сирии. Этому были посвящены визиты в Россию ряда представителей саудовской королевской семьи, включая министра обороны и де факто-правителя при страдающем старческим слабоумием короле Салмане  его сына Мохамеда ибн Салмана. Кроме того Владимир Путин лично пообщался с королем Салманом на полях саммита G20. Российская военная операция знаменовала крах попыток договориться с Кремлем. Уничтожение просаудовских группировок в Сирии заставило саудитов попытаться легитимизировать их через включение в мирный процесс на правах участников переговоров.

Отношения Саудовской Аравии со своим главным противником, Ираном, находятся в шаге от открытого противостояния. Стороны ведут прокси-войну в Сирии и Йемене. Ослабляя иранское влияние в Ираке, ИГИЛ объективно действует в интересах саудитов. Саудовская Аравия приговорила к смертной казни участников шиитских выступлений 2012 года. Среди них несколько подростков и известный шиитский религиозный деятель шейх Аль-Нимр. 2 января 2015 года его казнили. Ранее великий аятолла Насер Макарем Ширази предупредил власти Саудовской Аравии в том, что шииты всего мира не потерпят казни одного излидеров общины в Саудовской Аравии. Сейчас шииты-двенадцатеричники составляю большинство населения главной нефтеносной провинции Саудовской Аравии – административного округа Эш-Шаркия. Кроме того, в провинции Наджран на границе с Йеменом проживают шииты-семеричники (исмаилиты).

Подчеркнуто оскорбительное отношение саудитов к телам паломников-шиитов, погибших во время кошмарной давки в Мекке 29сентября 2015 года (всего более 2000 погибших) еще более осложнило отношения между ваххабитским и шиитским полюсами исламского мира.

Еще одним фактором подрывающим безопасность Саудовской Аравии является борьба элит. Королевская семья довольно многочисленна, но в 2015 году к власти пришел  слабоумный сын основателя страны короля Абдул Азиза Салман. После его смерти власть должна перейти к представителям второго поколения саудовской династии. Наиболее вероятно, что в схватке за власть в ближайшее время сойдутся принц Мохаммед ибн Салман и наследный принц Мохаммед ибн Наиф Аль Сауд.  Если первый является горячим сторонником саудовской гегемонии в регионе и склонен к авантюрам, наподобие йеменской, то второй ранее характеризовался как наиболее проамериканский член правящей саудовской элиты.

Есть и третья сторона – часть правящей семьи недовольная обоими претендентами на престол. В августе 2015 года были обнародованы три открытых письма двух принцев дома ибн-Саудов. В их представители династии призывают свергнуть принцев Мохаммеда ибн-Наифа и Мохаммеда-ибн Салмана, так как их авантюристичная политика, прежде всего безрассудная операция в Йемене поставила страну на край гибели.

Война в Йемене

2015 год ознаменовался и полномасштабным вторжением арабской коалиции под руководством Саудовской Аравии в Йемен. В войне против Йемена кроме саудитов приняли участие  Объединенные Арабские Эмираты, Бахрейн, Египет, Марокко, Иорданию, Кувейт и Пакистан. Последний лишь формально присоединился к коалиции, но никакого реального участия в конфликте не принимает. Основную тяжесть войны несут на себе Саудовская Аравия, ОАЭ и Бахрейн.

Конфликт в Йемене интенсифицировался после того как в январе 2015 года президент Хади, который пришел к власти на волне Арабской весны, был смешен проиранскими повстанцами хуситами. Ваххабитские монархии Персидского залива не могли допустить, чтобы контроль над стратегически важным государством полуострова перешел к их геополитическому и религиозному противнику.

Йемен обладает высокой геополитической важностью. Он расположен в юго-западной части Аравийского полуострова. Контроль над Йеменом важен для контроля над Баб-эль-Мандебским проливом, узкое горлышко которого соединяет Красное море и Индийский океан.  Баб-Эль-Мандебский пролив — одна из ключевых точек морского пути, соединяющего Средиземноморье и Индийский океан. Через пролив должны следовать все танкеры с нефтью и сжиженным газом, следующие из стран Персидского залива в Европу.

Приход хуситов к власти в Йемене кроме всего прочего нес прямую угрозу внутренней безопасности Саудовской Аравии. Значительную часть населения прилегающих к Йемену провинций составляют единоверцы йеменских хуситов-зейдитов, шииты-исмаилиты, подвергающиеся в саудовском королевстве преследованиям. Иран мог использовать Йемен как базу для организации мятежей и протестных движений внутри самой Саудовской Аравии.

Поддержали интервенцию своих геополитических союзников и Соединенные Штаты,не заинетерсованные в усилении теллурократического Ирана и перехвате им стратегически важного морского пути.

Война саудитов и их союзников против хуситов не увенчалась значительными успехами. Хуситы удерживают столицу страны Сану и большую часть Северного Йемена. Бывший президент Салех вступил в союз с хуситами и вернулся в страну. Его сторонники включились в борьбу с интервентами. В Южном Йемене  значительную часть территории контролируют местные сепаратисты, а также боевики Аль-Каиды на Аравийском Полуострове и местного отделения Исламского Государства. Исламские радикалы ведут войну как против хуситов, так и против Саудовской коалиции, отвоевывая у той целые города.

Одним из трендов этой войны стало применение хуситами противокорабельных и тактических ракет. Выводятся из строя немногочисленные Саудовские суда. Наносятся ракетные удары по саудовским базам, в том числе и на территории самой саудовской Аравии.  К концу года хуситы  и части Йеменской армии, верные президенту Салеху устроили наступление на центры приграничных провинций Саудовской Аравии. Теперь они контролируют большую часть провинции Наджран и вошли в провинцию Джизан, осадив ее столицу – одноименный город.

Война в Йемене грозит стать саудовским Вьетнамом. Существенно затрудняет проведение операции несколько факторов:
1) Гористый характер местности, особенно в северном Йемене, удобный для ведения партизанской войны.
2) Крайняя воинственность местного населения.
3) Наличие кроме хуситов еще ряда неожиданных противников.
4) Поставки вооружений из Ирана.

В поддержке хуситов и Салеха также подозревают Китай, который проявляет серьезный интерес к Баб-Эль-Мандебу. В этом году китайцы объявили о строительстве собственной военной базы в Джибути, находящемся по другую сторону пролива.

Единственный способ достичь успеха в Йемене для саудитов – массовый геноцид местного населения. Впрочем, саудовская коалиция и так не считается ни с какими международными правилами ведения войны. Время играет против саудитов. Слабость собственных вооружённых сил, продемонстрированная в этой кампании, заставила страны коалиции обратиться к услугам наемников, что легло дополнительным бременем на военный бюджет стран. Возникает опасность, что в условиях низких нефтяных цен, через какое-то время страны Залива просто не смогут продолжать вести войну по экономическим соображениям.

Палестина

Наиболее значимым трендом 2015 года для Палестины стала начавшаяся в  интифада ножей. Одной из причин в очередной раз стал конфликт на Храмовой горе в Иерусалиме в октябре 2015 гола, где израильтяне отказались допускать в мечеть представителей ряда исламских движений. Последовавшая затем вспышка насилия привела к непрекращающимся нападениям на израильтян молодых палестинцев. Орудием террора служат обычные кухонные ножи.  Акция не имеет лидера и носит внешне спонтанный характер, вся информация и призывы к нападениям распространяются через интернет сетевым способом.

Началу насильственных действия со стороны палестинцев предшествовали акты агрессии со стороны еврейских религиозных экстремистов, воодушевленных поддержкой со стороны израильского правительства. Среди них сожжение заживо арабской семьи с малолетним ребенком в ночь с 30 на 31 июля в арабской деревне Кфар-Дума.

Радикализации палестинцев способствовали также непрекращающаяся блокада Газы и отказ Израиля от вывода своих поселений из оккупированного Западного берега реки Иордан.  В результате предшествующих израильских бомбардировок была разрушена большая часть жилого фонда Газы. Из более чем 2 млн. населения города 1,8 млн. остались без домов. Ни один дом не восстановлен. По данным ООН в Газе самая высокая безработица в мире – 48%.  В этих условиях Сектор Газа стал еще одним регионом мира, где смогли получить серьезную поддержку структуры Исламского Государства. Они произвели несколько обстрелов израильской территории. В ответ Израиль нанес удары по целям противостоящей ИГИЛ группировки Хамас.

Египет

2015 год стал для Египта годом больших надежд и потерь. Наиболее важным событием стало уничтожение террористами группировки «Вилаят Синай» Исламского Государства российского пассажирского самолета Airbus А-321 31 октября 2015 года. Это событие продемонстрировало всему миру уровень террористической угрозы в Египте и обнажило проблему террористической активности на Синайском полуострове, которая ранее была лишь проблемой Египта и Израиля.

Египет в этом году вел политику балансирования между талассократическими и телуррократическими державами. С одной стороны Президент Египта фельдмаршал Ас-Сиси установил личные дружеские отношения с лидером России Владимиром Путиным. Египет стал крупным заказчиком российских вооружений. С другой стороны Египет поддержал Саудовскую Аравию в ее операции в Йемене. Саудиты являются одним из спонсоров нынешнего режима. Добившись вместе с ОАЭ устранения прежнего египетского правительства «Братьев-мусульман», ориентировавшегося в основном на Катар и Турцию, саудиты поддержали военных. Показательно, что против государственного переворота в Египте в свое время не выступили ваххабитские просаудовские партии.

Одним из наиболее важных последствий теракта в небе над Синаем стало резкое снижение потока туристов из России и стран Европы, прежде всего Великобритании. Удар по важной для египетского бюджета статье доходов привел увеличению зависимости страны и ее руководства от Саудовской Аравии.

Гражданская война в Ливии

В Ливии в 2015 году продолжилась гражданская война. Страна практически прекратила свое существование в качестве единого государства. Шансов на преодоление раздробленности немного.

Конфликт начался 16 мая 2014, когда генерал-майор Ливийской национальной армии, гражданин США, активно взаимодействовавший с ЦРУ, Халифа Хафтар объявил о начале широкомасштабной воздушной и наземной операции подконтрольных ему частей вооружённых сил в районе города Бенгази. Военное наступление получило кодовое название — Операция «Достоинство». Боевые действия продолжаются в настоящее время. Военный путч произошел ввиду разногласий сил внутри сил, объединившихся ранее для свержения Муамарра Каддафи. В результате в стране образовалось два правительства: в Тобруке и Триполи.

Правительство Триполи контролирует значительную долю Триполитании, северо-западной части страны. Оно подконтрольно местным «Братьям-мусульманам» и ориентируется на Катар и Турцию. Второе правительство в Тобруке, в восточной части страны, рядом с египетской границей, контролирует большую часть Киренаики, исторической области на востоке Ливии. Правительство в Тобруке считается международно признанным и ориентируется на ОАЭ, Египет, СаудовскуюАравию, страны Запада, пытается заручиться поддержкой России.
Оба правительства ведут борьбу за Феццан, южную часть страны, населенную в основном берберскими племенами. Ни одно из правительств в течение года не смогло победить противоборствующую сторону и вряд ли сможет это сделать в ближайшее время. Каждое правительство – это достаточно аморфная коалиция разных племен и групп полевых командиров, реализующих свои локальные интересы.

Кроме двух правительств в Ливии есть также местное отделение Исламского государства, захватившее значительную часть нефтеносного побережья в районе Сирта и громко заявившее о себе массовой казнью египетских христиан–коптов в феврале 2015 года. Боевые действия против ИГИЛ в Ливии, которое ведет в основном правительство в Тобруке при поддержке египетской авиации, не приносят желаемого результата.
Большое значение имеют также местные группировки в районе города Мисрата, фактически отделившиеся от остальной Ливии и племена туарегов, контролирующие частьюго-запада Ливии. За влияние на туарегов борются все группировки.

В течение всего года велись мирные переговоры о создании коалиционного правительства с включением в него представителей тобрукского и трипольского кабинетов министров. Особую роль в процессе играли Марокко, союзник Франции и США в Магрибе и Италия, бывшая метрополия Ливии. В декабре 2015 года было подписано соглашение о создании такого правительства. Однако часть трипольского руководства уже выразила свое несогласие с документом. Шансов на достижение мира в Ливии даже в случае создания такого правительства крайне мало, причина гражданской войны и распада страны не политические разногласия, которые можно решить, создав коалицию партий, а разногласия клановые и племенные,впервую очередь на местах.

Афганистан

Главным трендом 2015 года в Афганистане стал раскол в рядах противостоящих правительству исламистов. Умеренные талибы, представляющие интересы пуштунских племен страны и ориентирующиеся в первую очередь на создание национального исламского государства выразили готовность к началу переговорного процесса с официальным Кабулом. Переговоры были запланированы на июль 2015 года, но известие о смерти лидера афганских талибов муллы Омара, затормозило процесс. Сменивший Омара мулла Мансур также проявил заинтересованность в переговорах при условии вывода всех иностранных войск с территории Афганистана. В ответ непримиримые исламисты устроили покушение на лидера Талибана.

В оппозиции мулле Мансуру оказались местные радикалы,  иностранные наемники и выходцы из Средней Азии, рассчитывавшие использовать Афганистан в качестве плацдарма для экспансии на страны бывшего Советского Союза. Часть из них продолжила действия независимо от центрального руководства под флагом движения «Талибан», часть влилась в появившиеся в Афганистане структуры «Исламского государства».
В 2015 году конфликт в Афганистане стал более комплексным. К противостоянию между официальным Кабулом и Талибаном добавились конфликт между Талибаном и ИГИЛ, умеренными и радикальными талибами и конфликт между официальным Кабулом с одной стороны и радикальными талибами и ИГИЛ с другой.

Появление ИГИЛ как нового центра притяжения радикальных исламистов заставило ведущие страны региона пересмотреть свое отношение к Талибану, признав в нем меньшее зло или даже конструктивную силу, которая в сложившихся условиях может освободиться от чрезмерного радикализма. Талибы в свою очередь выпустили официальное обращение, в котором заявили, что не намерены вести экспансию за границы Афганистана
Это повышает шансы на начало мирного диалога между Талибами и афганским правительством. Активное участие в налаживании межафганских переговоров принимает Китай, который периодически посещают делегации талибов. О наличии каналов связи с талибами и общей заинтересованности в уничтожении Исламского государства в Афганистане заявляли представители России. Объективно в мирном процессе в Афганистане заинтересованы также Индия и Иран.

Финансирование радикальных исламистов в Афганистане осуществляется из Катара и Саудовской Аравии. Эти страны заинтересованы в продолжении афганского конфликта, так как это подорвет планы по строительству нефте- и газопроводов из России и Ирана в Индию через страны региона, в том числе Афганистан. Таким образом, нефтегазовые монархии залива могут потерять крупнейший рынок сбыта.  Объективно эти проекты, равно как и усиление российского и китайского влияния в Афганистане не выгодны США.

Определённую нервозность проявляет афганское руководство. В 2015 году участились террористические атаки талибов, в том числе вооруженные вылазки в столице страны, Кабуле. Летом талибами на севере страны был взят стратегически важный город Кундуз. На севере страны в ряде районов талибы вышли к границам Туркмении и Таджикистана.  Нынешнему афганскому руководству нужно обезопасить себя от атак радикалов. Очевидно, что даже если лидеры Талибана пойдут на переговоры, оно этого обеспечить не сможет, непримиримые продолжат борьбу независимо от решения центра.

Для того чтобы повысить свою обороноспособность руководство Афганистана несколько раз обращалось к России. В Россию совершил визит командир узбекских ополченцев генерал Рашид Дустум. Все это вызвало негативную реакцию США, получалось, что Афганистан постепенно сам попадал под влияние русских и китайцев, причем шаги в этом направлении делали как талибы, так и официальное руководство страны. Под предлогом усиления террористической угрозы атлантистами было принято решение оставить американский и британский контингенты в Афганистане еще на несколько лет.

Пакистан

Меняющийся баланс сил в Пакистане оказал существенное влияние на процессы в Афганистане. Пакистанская элита в настоящее время расколота. Часть ее, в первую очередь политическое руководство, переориентировалась на Китай. В Афганистане эта часть пакистанского истеблишмента выступает за мирное урегулирование конфликта. Другая часть пакистанской элиты, прежде всего связанная с военной разведкой и взаимодействующая с пакистанскими талибами выступает против мирного процесса и сохраняет тесные связи с США.

В течение 2015 года в целом Пакистан сдвинулся ближе к континентальному полюсу. Это государство, как и Индия было принято в Шанхайскую организацию сотрудничества. Пакистан продолжил укреплять тесные связи с Россией и Китаем.

В 2015 году китайский лидер Си Цзиньпин анонсировал создание китайско-пакистанского экономического коридора. Это транспортно-логистический проект, предусматривающий включение Пакистана в систему нового Шелкового Пути, сеть транспортных коридоров соединяющих Китай через Центральную Азию с западной частью Евразийского Континента.

Ранее в 2014 году Россия сняла эмбарго на поставку в Пакистан вооружений, что придало импульс развитию оборонных отношений между странами. В августе 2015 года Россия и Пакистан заключили контракт по продаже Пакистану военно-транспортных вертолетов Ми-35М.

В 2015 году Пакистан принял участие в совместных военных учениях с Россией на российском Дальнем Востоке, а также в соревнованиях военно-воздушных сил между экипажами России, Китая, Египта, Венесуэлы и Белоруссии.

Российские компании примут участие в строительстве трубопровода «Север-Юг» в Пакистане от г. Карачи до порта г. Лахор. Этот участок в будущем может стать частью трубопроводной системы, по которой сжиженный газ из Ирана будет поставляться в Пакистан и Китай.

А вот в отношениях с США не произошло позитивных изменений. США теряют Пакистан, уступая место Китаю и России.

Изменение внешнеполитического курса Пакистана с однополярного на многополярный сопровождается усилением террористической активности. В 2015 году почти каждый месяц в Пакистане проходило несколько террористических актов, большинство из них были совершены суннитскими радикалами или белуджистанскими сепаратистами. Религиозной группой, против которой было совершено больше всего терактов, стало шиитское меньшинство.

Прогноз на 2016 год

Сирия

Стоит ждать интенсификации Боев в Алеппо и наступление Сирийской армии на Пальмиру. Эти два города будут отвоёваны сирийскими войсками в течение года. Однако этими двумя крупными военными победами  успехи официального Дамаска ограничатся.

Начало политического урегулирования и мирные переговоры не принесут желаемых результатов. Страна останется де факто раздробленной по этническому и конфессиональному признаку и не будет готова к  проведению выборов в 2017 году. Башар Асад откажется уйти в отставку.

Россия в течение года будет искать пути выхода из войны в Сирии, после того как встанет вопрос о необходимости развертывания сухопутной операции. Однако эти планы может сорвать возможное введение Турцией войск на север Сирии.

Исламское государство не будет побеждено в Сирии и сохранит большую часть своих территорий, за исключением района Пальмиры. Вооруженные силы Сирии будут проводить операции против ИГИЛ лишь во вторую очередь, стремясь уничтожить в первую очередь более слабые группировки исламистов, которые Запад не считает террористическими. Зачистив политическое поле, официальный Дамаск останется единственной альтернативой ИГИЛ. Для защиты подконтрольных им исламистов и нейтрализации сирийских курдов Турция введет войска в северную Сирию.

Ирак

Исламское государство сохранит большую часть своих территорий в Ираке. В 2016 году развернется битва за Мосул. Вооруженные силы Ирака при поддержке шиитских формирований и курдских ополченцев будут пытаться взять город, который является фактической столицей иракской части ИГИЛ. Операция не увенчается успехом.

Сам Ирак останется расколотым государством. Курдская часть возьмет курс на окончательное оформление собственной государственности. Внутрикурдские противоречия не позволят этой государственности оформиться в рамках единого Курдистана с включением сирийских и турецких курдов в этот процесс, но значение курдского фактора в мировой политике повысится. Турция сохранит свое военное присутствие в Иракском Курдистане для сохранения контроля над процессом.

ИГИЛ

Стоит ожидать усиления террористической активности ИГИЛ на фоне относительных неудач в Сирии и Ираке. Движение не будет побеждено, но не сможет и одерживать значительные победы в регионе. Единственным выходом для сохранения притягательности движения для радикалов станет расширение террористической активности за пределами Сирии и Ирака.

В самом ИГИЛ произойдут значительные перемены. Те элементы в руководстве движения, что были связаны с региональными суннитскими общинами Сирии и Ирака и государственными структурами Ирака времен режима Саддама Хусейна уступят место международным террористам, завязанным на иностранные, в первую очередь атлантистские спецслужбы. ИГИЛ окончательно приобретет глобальный характер.

Вероятны террористические акты от имени ИГИЛ в Китае, на Филиппинах, в Индонезии, Бангладеш, России, Индии. Возможно повторение терактов во Франции и Германии. Маловероятны теракты в центрах атлантистского мира – Великобритании и США.

Турция

Вооруженный конфликт между Россией и Турцией в 2016 маловероятен. Обе стороны начнут постепенное восстановление отношений, так как это соответствует интересам обеих держав. Подвижки к этому наметились уже в конце 2015 года. Турция пытается не допустить окончательного разрыва отношений с Россией. В то же время не стоит ожидать возврата к полномасштабному сотрудничеству.

Фактором, который сможет застопорить этот процесс, станет возможный ввод турецких войск в Северную Сирию. Сохранение же турецкого военного присутствия в Северном Ираке негативно скажется на развитии турецко-иранских отношений. И в том и другом случае турки будут вынуждены пойти на этот шаг, чтобы не допустить использования курдского фактора для подрыва турецкой государственности. Турецкий Курдистан останется главной головной болью для Анкары в 2016 году. Продолжится вооруженное противостояние в населенных курдами областях страны.

В то же время, Соединенные Штаты, попытаются использовать курдов как инструмент для давления на Турцию и провокации действий в Северном Ираке и Северной Сирии, которые снова столкнут между собой турок и российско-иранский блок.

Продолжится сближение между Турцией и Саудовской Аравией. Турция использует его, в том числе  для восстановления в полной мере дружественных отношений с Египтом. Соединенные Штаты попытаются таким образом превратить Турцию в связующее звено между Катаром, поддерживающим структуры «Братьев-мусульман» и конкурирующим с ним блоком Саудовской Аравии и ОАЭ.

Турецко-израильское сближение будет проходить более медленно. В значительной степени оно будет зависеть от тех компромиссов, на которые пойдет Турция в процессе объединения Кипра, который позволить реализовать сразу несколько энергетических проектов в Восточном Средиземноморье.

Стоит ожидать смены власти в Турции мирным путем или в результате государственного переворота при поддержке США. Это произойдет, если попытки сближения будут успешными. Преодоление российско-турецких разногласий не входит в планы Соединенных Штатов.

Йемен

Наиболее вероятно, что в Йемене Саудовская коалиция пойдет на переговоры с исламскими радикалами и сепаратистами южного Йемена, для того чтобы освободить задействованные против них силы для борьбы с хуситами.

Сами хуситы продолжат успешно обороняться в Северном Йемене и продолжат войну в пограничных районах Саудовского Королевства. Под их частичный контроль перейдут южные провинции Саудовской Аравии.

Саудовская Аравия

Понижение нефтяных котировок наиболее негативно скажется на Саудовской Аравии, связанная с этим невозможность продолжать войну в Йемене, может вывести страну из разряда активных игроков на Ближневосточной арене, страна будет вынуждена переключиться на решение внутренних проблем.

В приграничных с Йеменом районах и нефтеносных провинциях Аравии вероятен сценарий шиитского восстания, которое будет подавлено, однако тенденция на отделение шиитских районов от страны продолжится в течение следующего года. Вероятность успеха восстания зависит от того, смогут ли саудиты избежать тяжелого поражения в Йемене и вовремя выйти из войны.

Ослабление государственных институтов Саудовской Аравии также воспользуются радикальные ваххабиты, которые уже имеют серьезный оплот в том же Йемене в лице территорий захваченных Аль-Каидой на Аравийском полуострове. Таким образом, расшатывание ситуации в Саудовской Аравии будет идти с двух направлений: шиитского и радикального салафитского.

Крах военной авантюры в Йемене существенно ослабит позиции министра обороны Мухаммеда-ибн Сальмана и может повлечь его устранение с позиций второго в очереди на наследование саудовского престола, что существенно ослабит позиции радикальных интервенционистов при саудовском дворе. Наиболее вероятно, что наследный принц Мухаммед ибн-Наиф избежит ответственности за йеменскую авантюру и при поддержке США упрочит свои позиции.

Страны Персидского залива

В Персидском заливе стоит ожидать шиитских волнений в Бахрейне на фоне усиления Ирана и ослабления позиций Саудовской Аравии. Также возможен переворот, инспирированный ОАЭ или Саудовской Аравией, против султана Омана, который предпочитает балансировать между ваххабитскими монархиями Залива и Ираном. Усиление Ирана в регионе приведет к попаданию Омана в сферу иранского влияния, в чем не заинтересованы как другие аравийские монархии, так и США и Великобритания, имеющая серьезные рычаги влияния на вооруженные силы султаната.

Египет

Главной проблемой Египта в 2015 году станет противодействие террористам на Синайском полуострове. Существенных изменений во внешней и внутренней политике страны не ожидается.

Палестина

В Палестине стоит ожидать продолжения интифады ножей в первой половине 2016 года. В Секторе Газа на фоне радикальных действий израильтян и неспособности Хамас дать адекватный ответ сионистскому государству возрастет поддержка ИГИЛ.

Ожидаются новые волнения на Храмовой горе на фоне усиления эсхатологических настроений среди мусульман и иудеев, что продолжит и дальше дестабилизировать ситуацию. В самой Палестине на этом фоне возможно проведение цветной революции против движений Фатх и Хамас, делящих власть в стране.

Иран

В Иране в 2016 году состоятся выборы в парламент и Ассамблею Экспертов, законосовещательный орган при Верховном лидере (Рахбаре), который избирает Рахбара и следит за его работой. Наиболее вероятно, что сторонники действующего президента Хассана Рухани (умеренные реформисты) и представители консервативных кругов получат большинство мест в меджлисе. Ему удалось сохранить хорошие отношения с Россией и Китаем, более того, упрочить их, продемонстрировать твердость в отстаивании иранских и общешиитских интересов на Ближнем Востоке, и в то же время заключить важную для развития иранской экономики ядерную сделку.

Соединенные Штаты попытаются использовать выборы для дестабилизации обстановки в Иране, однако внутренняя солидарность общества и мобилизационные подъем, подкрепленный снятием санкций не будут способствовать успеху этой стратегии.

В следующем году следует ожидать снятия с Ирана санкции ООН и Евросоюза. Соединенные Штаты наоборот усилят санкционное давление, используя разные предлоги, например иранскую программу строительства баллистических ракет.

Выход Ирана на мировой нефтяной рынок способствует дальнейшему снижению цен на нефть и поставит его главного конкурента Саудовскую Аравию перед перспективой снижения добычи, дабы сохранить цены на прежнем уровне. Все это ударит по бюджету саудитов, который и так будет дефицитным.

Ливия

Несогласные с соглашением о формировании коалиционного правительства кланы найдут себе новых покровителей и вступят в войну под новыми брендами. Весьма вероятно, что часть из них окажется в ИГИЛ, другая поддержит формирование новых альтернативных структур власти. Создание коалиционного правительства существенно не изменит ситуацию.

Стоит ожидать распространения дестабилизационных тенденций из Ливии в другие страны Магриба. Прежде всего, Алжир. Туарегский фактор в лице достаточно хорошо вооруженных, подготовленных в вооруженных силах Ливии Муаммара Каддафи племен проявит себя в других странах Африки, прежде всего в Мали и Мавритании.

Магриб

Стоит ожидать государственного переворота в Алжире. Нынешний президент страны серьезно болен и давно не появлялся на людях. Обнародованные в декабре 2015 года якобы принадлежащие ему предложения по изменению Конституции существенно ограничивают полномочия военных и распределяют полномочия, ранее бывшие в ведении президента, между другими органами власти, и скорее всего, продиктованы конкурирующими группами, ориентирующимися на проведение в стране либеральных реформ и полное подчинение страны Западу.

Наиболее вероятно, что военный путч станет ответом генералитета на попытки ограничить их власть. Установлению военной диктатуры будет способствовать активизация исламских экстремистов, которые будут получать помощь из Ливии на фоне падения уровня жизни и доходов от добычи нефти из-за продолжающегося падения цен на черное золото.

Афганистан

В Афганистане в 2016 году ожидается продолжение наступления талибов.  Продолжатся трения между радикальными и умеренными исламистами. На муллу Мансура будет проведено еще несколько покушений. Война между группировками исламистов будет содействовать нарастанию хаотических процессов в регионе и коснется прилегающих государств Центральной Азии и Пакистана. Вероятен экспорт вооруженного исламизма из Афганистана на территории бывших советских республик Средней Азии, Ирана и Пакистана.

Руководство Афганистана получит в 2016 году незначительную военную помощь от Москвы. Москва и Пекин продолжат налаживать связи, как с официальным Кабулом, так и талибами.

Весьма возможно начало переговоров между официальным Кабулом и представителями движения Талибан. Наиболее вероятное место их проведения – Исламабад. Однако никаких серьезных документов в этом году подписано не будет.

Пакистан

Пакистан продолжит сближение с Россией и Китаем. На этом фоне пакистано-американские отношения ухудшатся. Сближение с Россией, которая также выстраивает особые дружеские отношения с Индией, будут способствовать нормализации индийско-пакистанского конфликта в Кашмире. Вероятность эскалации этого конфликта снизится, хотя сама по себе проблема и  не будет решена.

Серьезное влияние на развитие ситуации в Пакистане окажут события в Афганистане. Стоит ожидать усиления террористической активности в стране.

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ